Настоятель храма,
протоиерей Андрей

Совсем недавно закончились святки, а во всех храмах Православной Церкви уже звучат песнопения Великого поста: "Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче...". Начинается пение Постной Триоди, которое закончится с окончанием Святой Четыредесятницы.

Время воздержания – это время особого движения души, которое усиливается ожиданием грядущего праздника. Потому так премудро Церковь положила этот духовный опыт в основание своего устава. Праздники сменяются временем воздержания, т.е. подготовкой к следующим праздникам. Как день сменяется ночью, и вновь наступает день, - так и эти божественные ритмы пронизывают всю вселенную, включая и самого человека.

Все символично в этом мире и имеет свое значение. Не случайно и то, что в этом году неделя о мытаре и фарисее совпала с праздником Собора Новомучеников и Исповедников Российских. История нашего многострадального народа показала, что именно грех фарисейства явился причиной того, чтобы Господь попустил нашему народу пройти через огненное горнило неимоверных страданий, такое спасительное "кровопускание", и очиститься. Чем больше соприкасаешься с нашим прошлым, особенно дореволюционным, тем больше убеждаешься, что "на чистом теле вошь не заводится". Дело не столько в революционерах (их тогда называли "нигилистами"), сколько во всенародном богоотступничестве. Внешне все было благопристойно, но внутри уже работал вместо сердца "пламенный мотор". Доказательств тому море! Достаточно почитать воспоминания митрополита Вениамина (Федченкова) или графини Урусовой. Художник К.Петров-Водкин пишет своей матери сразу после публикации манифеста об отречении Царя: "Маменька, ты представляешь какая сейчас жизнь начнется, какие блаженные времена начнутся.." И эти времена настали очень скоро. Для новомучеников они действительно были блаженные, но не для всего народа.

В безумном ослеплении лихих преобразований стали строить новое царство, взамен законного старого. Но на грехах разве что можно построить? Особенно на грехе цареубийства? Ничего не строилось, только все разрушалось. Тогда стали искать виноватых: Церковь, аристократию, дворян, казаков…. Сколько людей побили! Возникает справедливый вопрос: почему до сих пор мы не можем дать достойную правомерную оценку всем злодеяниям коммунистической партии в нашей стране?

Мы знаем, что осужден фашизм на Нюрнбергском процессе, но масштаб и всю идейную глубину ком.партии направлявшую свою деятельность на практическое уничтожение, геноцид русского народа, мы даже не представляем. Есть отдельные исследования (в основном это книга А.Н.Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ", материалы общественного движения "Память", воспоминания В.Шаламова "Колымские рассказы", разрозненные свидетельства в книгах "Умолкнувшие колокола", "Кровью убеленные"). Однако реального положения вещей мы не знаем. Каков масштаб разрушений (например, церквей)? Сколько жертв этой вселенской гекатомбы? А.Н.Солженицын дает свои скромные подсчеты – 100 млн. человек. Это Соловки, Караганда, Колыма, Беломорканал, вся Сибирь!

Чтобы двигаться вперед, надо оценить прошлое! Почему в армии Л.Троцкого царских офицеров было больше чем в белой армии? Почему народ, в подавляющей своей массе, дружно отрекся от своей веры и обратился к "богам чужим"? Почему никто не сопротивлялся этим жутким сталинским репрессиям, а, как обреченные овцы, шли на свое заклание?

До сих пор раздаются возгласы по поводу прославления И.В.Сталина, в то время как уже опубликованы достоверные расстрельные списки, где вождь народов своей собственной рукой подписывал и отправлял на мучения тысячи людей!

До сих пор имена палачей оскверняют города и улицы нашего Отечества. Об этом свидетельствуют названия городов: Ульяновск, Киров; около 5600 улиц Ленина, не говоря уже о Мавзолее в центре России. Две недели назад главой города Орел был избран коммунист. Конечно, другие скажут, что сейчас другие коммунисты, но я лично не вижу, в чем инаковость современного от прошедшего.

В.И.Ленин писал, что черносотенную публику надо расстреливать, чем больше, тем лучше ("Письмо об изъятии церковных ценностей"). Когда-то рупор революции Владимир Маяковский писал: "Мы говорим Ленин, подразумеваем – партия. Мы говорим партия, подразумеваем - Ленин".

Я не вижу, чтобы современные пламенные революционеры хоть как-то критиковали труды своего вождя, или принесли хотя-бы извинения перед своим народом.

Моего деда, Валентина Петровича Бывалого, расстреляли через три дня после ареста в 1937 году. Моей бабушке, Нине Борисовне, сказали, что ему дали 10 лет без права переписки, и бабушка, сколько могла, носила передачи в тюрьму. После реабилитации из анналов органов ГБ пришла маленькая бумажка: "В.П.Бывалый реабилитирован за недоказанностью вины". И все! Был человек, нет человека. По слову железного вождя: "Смерть одного человека – трагедия! Смерть миллионов – статистика!"

Мне хотелось бы, а я думаю и всем, кого затронуло это строительство светлого будущего, чтобы это прошлое не повторилось. И если скажут, что тогда было очень много хорошего, то я отвечу: "Было! Но не благодаря, а вопреки идеям башни Вавилона – коммунизма".

Когда нет достойной оценки прошлого, тогда есть вероятность восстанавливать ошибки в будущем. Пока не будет видения греха, из-за которого Господь попустил эти невероятные страдания нашего народа, не будет и покаяния, изменения образа мыслей. Мы так и будем ходить по порочному кругу, не имея смелости сознаться и измениться, подчиниться благодати Божией. "Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: "Если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков". Таким образом, вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков" (Мф. 23; 29-31).

Отсюда следует, что народ должен принести покаяние именно в грехах фарисейства и лицемерия. Внешнее вытеснило внутреннее. "Правило на правило, закон на закон". Сколько об этом писано и говорено, но мы опять возвращаемся к одному и тому же – фарисей и мытарь (Лк. 18; 9-14), внешняя праведность и покаянная смиренность.

Если мы любим Бога и столько делаем для Него, почему не любим ближнего? Не поступаем ли мы по-фарисейски? Откуда эта дифференциация любви? Разве любовь разделилась? "Если ты ближнего, которого видишь, не любишь, то, как возлюбишь Бога, которого не видишь?". Если нет любви к ближнему, - нет самопожертвования, нет покаяния, нет и спасения.

Нет более страшного греха в очах Божиих, чем фарисейство, лицемерие, ханжество. Кого Господь еще так гнал и так обличал, как не фарисеев и книжников?! Все средства для спасения души хороши, но если они рождают покаяние, смирение и любовь. В обратном случае они ведут к погибели, т.к. рождают гордость. Следует прочесть по этому поводу труды Св. Отцов, прежде всего преп. Исаака Сирина, преп.Никодима Святогорца, беседу преп.Серафима Саровского и Н.А.Мотовилова, матушку Арсению, "Нам оставлено покаяние" игумена Никона (Воробьева),
"О тайных недугах души" архим.Лазаря (Абашидзе), свят.Кавказского Игнатия (Брянчанинова). "Всякое дело тщетно, если не рождает смирение" (преп.Исаак Сирин) - это лозунг православной сотериологии.

Все что рождает гордость – погибельно, даже при самых хороших средствах. Когда И.Федоров изобрел печатный станок и начал печатать Священное Писание, разве думал он, что когда-нибудь на таком же станке будут печатать "Манифест ком. партии"? Поэтому и наш душевный "станок" должен "печатать" только слова любви и благодарности Богу за все испытания, которые мы сподобились перенести в этой жизни.

Радуются и ликуют ныне наши сродницы по крови – Новомученицы и Исповедницы Российские возле Престола Царя Небесного, пройдя все страшные испытания своей веры и любви. Их подвиг - это истинная жертва! Жертва настоящей любви, в которой не было места фарисейству.

Святии новомученицы и исповедницы Российстии, молите Бога о нас!

Протоиерей Андрей Шевчук
февраль
2012 год

5 508 лет от сотворения мира ждала Вселенная слов духовной радости о пришествии в мир Спасителя, который восстановит потерянное единство с самим Творцом. Потеряв радость тесного общения с Богом еще в райском Эдеме, человек обрел ее в Сыне Божием и Сыне Человеческом, Иисусе Христе. Теперь каждый, кто захочет приобщиться этой небесной радости, может вкусить ее от самого неистощимого источника вечного блаженства – Спасителя мира. «Господь Бог премилостивый да ущедрит тя. Господь Иисус Христос всякая прошения благая да подаст тебе… Господь Радости Духовной да исполнит тя» (третья молитва ко Святому Причастию).

Чтобы попытаться оценить, какую радость даровал нам Господь в своем Рождестве, надо понять в каком печальном состоянии мы оказались, преступив заповедь Божию еще в раю. Вот, что говорит по этому поводу в проповеди на праздник Рождества Христова архимандрит Рафаил (Карелин): «Грехопадение деформировало и извратило духовно-душевные силы и физическую природу человека. Они стали похожи на опрокинутую пирамиду. Тело подчинило душу, душа подавила дух. Разрыв человека с Богом повлек за собой разрыв человека с космосом. По отношению к Богу человек из сына превратился в отступника; по отношению к земле – в тирана… Духовное чувство огрубело и оземлилось. Пробудившиеся в душе страсти стали пить силу духа, как вампиры кровь своей жертвы… Любовь к Богу и стремление к Божественной красоте сменились любовью к миру, выраженной широким спектром наслаждений: от наслаждения природой и искусством до наслаждения грубыми страстями, переходящими в культ чувственности. Низкие импульсы и инстинкты тела стали властвовать над душой: так морские волны, схватив в свои мощные объятия лодку, бросают ее во все стороны. Человек выключил себя из духовного мира. Его внутренний свет погас».

После грехопадения и изгнания из рая Адам, взирая на Эдемский сад, горько плакал о потерянном блаженстве. Его первый ребенок Каин был заражен грехом гордости и уныния, и был огорчен, и поникло лицо его. Смешав грех зависти с грехом убийства своего брата, Каин, продолжив грех своего отца, положил начало долгой череде мрачных смертных грехов, которые впоследствии окутают своей липкой паутиной всю вселенную. Мир оцепенеет от неистовой злобы, ненависти, гнева, зависти и раздражения – грехов, которые будут изливаться, как из некоего «кладенца истления», не только на своего ближнего, но и на самого Бога.

Чтобы хоть как-то найти утешение в этом бушующем море мрачных страстей, человек судорожно начал хвататься за малейшее наслаждение для своей души – жалкие интуитивные потуги поиска потерянного блаженства. Тысячи лет миллионы людей с поврежденной грехом природой стремились здесь, на земле, построить радостное светлое будущее. В океане греха построить свой остров утопии. Не понимая, что всякая земная радость, не овеянная Божественной благодатью, это только плохой суррогат из старых как мир страстей: похоти плоти, похоти очес и гордости житейской (1 Ин.2; 16). Некая гремучая смесь из падших чувств падшего человека, замешанная на плотских удовольствиях и похотливых наслаждениях. Человек ищет радости в том, что он, лелея свою бренную плоть, одевает ее в красивые одежды, возит ее на красивых машинах, кладет спать в красивых домах… Но со временем все это приедается, и несчастный человек стремится разогнать тоску, постоянно развлекая себя телевизором, интернетом, бесконечно звучащей музыкой, праздными разговорами, шопингами, походами в ресторан, на концерт, вечеринками, турпоездками и т.д. и т.п. В сотериологии такое стремление избежать скучной жизни называется унынием – смертным грехом. Не удивительно, что дети Каина-братоубийцы явились основателями развлекательной индустрии, массмедиа. Почему? Потому, что их поврежденная грехом природа вызывает отчаяние, появляется желание заглушить голос совести шумом веселия скоротечного праздника жизни. Когда «радости» набивают оскомину и не приносят душе утешения, наступает жуткая, зеленая тоска. Эту печальную аксиому подтверждает в Священном Писании книга Екклесиаста. Премудрый Соломон, изведав весь спектр возможных в этом мире наслаждений, пришел к такому же выводу — всё суета сует, и томление духа.

Земные удовольствия временны, скоротечны, ведут к пресыщению, к некоей душевной изжоге, а потом переходят в разряд извращений, делая из человека сначала животное, а потом уже и хуже – самого беса. Понятие земного счастья это то, что приятно сейчас (что, скорее всего, и означает слово «счастье»), и это «сейчас» очень быстро проходит. Стремление человека к земному счастью напоминает стремление глупого ослика за вожделенной морковкой, которая подвешена перед его носом.

По поводу непостоянства земных удовольствий есть старая сказка о Маленьком Муке, вернувшем богатому эмиру потерянное наслаждение от вкушения сладкой халвы. Восточный князь переел сладость, пресытился ею. Тогда Маленький Мук попросил привязать эмира к столбу и подвесить перед ним кусочек халвы. И утраченный вкус халвы вернулся. Старая хитрость, как обмануть дебелую плоть, еще хоть на какое-то время продолжить ее агонию в поисках наслаждения.

В античные времена древнегреческий философ Эпикур написал на воротах своего философского сада: «Гость, тебе будет здесь хорошо: здесь удовольствие – высшее благо». Его лозунг был: «Ешь, пей, веселись, ибо завтра умрем». Однако и гедонизм Эпикура столкнулся с серьезными проблемами пресыщений, переходящих в извращения, которые, по сути, прекращают удовольствие само по себе. Такова деструктивная сила земных наслаждений – это путь в никуда. Так пес, испытывая удовольствие, слизывая собственную кровь с острия ножа, постепенно убивает себя. И хотя идею древнегреческого философа множество раз и в разные времена будут репродуцировать и пропагандировать всевозможные вожди человечества, сама земная жизнь будет отвергать ее за мимолетность и несовершенство.

Когда человек теряет духовную радость, на ее место обязательно придет радость в кавычках – дебелая, плотская и похотливая. Преподобный Амвросий Оптинский пишет своей духовной дочери: «…иногда находит на тебя какая-то мучительная, необузданная, растрепанная, свирепая радость диавольская, которая тебя ужасно утомляет, и что всякая скорбь душевная отраднее этой безобразной радости. Сама теперь видишь, что эта радость с противной стороны, но вместе знай, что эта растрепанная радость находит не без причины, а видно, было когда-нибудь, что ты по неопытности и неосторожности принимала обманчивую и прелестную радость за настоящую». Природа не терпит пустоты, если где-то убывает, тогда где-то должно прибыть. Дружба с миром есть вражда с Богом. (Иак. 4; 4). Земная радость – это измена радости духовной, это блуд души. Так ночная путана, гетера-жрица соблазняет своей похотью несчастного человека, обкрадывая не только карманы, но и его душу.

И вот ещё вопрос: если мы не приобретём опыт духовной радости здесь, то как мы сможем приобщиться ей там, в загробном мире, где не будет ни интернета, ни телевизора, ничего другого, что так развлекало нас в земной жизни? Не станет ли нам скучно среди радостного ангельского пения вечно славословящих Предвечного Бога небожителей? Вся наша жизнь, собственно, и будет являться ответом на этот вопрос.

В Рождестве Христовом мы исповедуем радость, которой нет аналогов в этом запутанном грехами мире. В рождественских народных псалмах мы воспеваем новую радость, пришедшую в мир, почему и само Евангелие называют Радостной Вестю. Рожденный в Вифлееме Спаситель мира вернул нам утраченную в раю блаженную радость, которой не будет конца. «Кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать во век, но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин.4; 14). Великая радость примирения человека с Богом, радость блудного сына, вернувшегося к отцу, радость обретения смысла жизни и потерянного рая. «И возрадуется сердце ваше и радости вашей никто не отымет у вас» (Ин.16;22). Можно отнять у человека имущество, можно отнять близких, можно отнять здоровье и самую земную жизнь, но нельзя вырвать из человеческой бессмертной души блаженную вечную радость божественной любви. «Сие сказал Я вам, да радость Моя в вас пребудет, и радость ваша будет совершенна» (Ин.15;11). «Я умолю Отца, – говорит Христос Спаситель – и даст вам другого утешителя, да пребудет с вами во век» (Ин.14;16). Это утешение от Духа Святого испытывали все христиане, начиная от святых апостолов. «Каждый день они единодушно пребывали в храме, и, преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии и простоте сердца». (Деян.2;46). Это новое духовное веселие. Именно о такой радости заповедует апостол Павел, обращаясь к фессалоникийцам: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь» (1 Фес.5;16). И еще первоверховный апостол в Послании к Филиппийцам сугубо заповедует: «Радуйтесь всегда в Господе; еще говорю: радуйтесь» (Флп.4;4).

Предвещая Рождество Христово, слова духовной радости потрясли мир. В небольшом галилейском городе, называемом Назарет, архангел Гавриил вещает простой девушке по имени Мария слова: «Радуйся, благодатная, Господь с тобою». Эти слова станут духовным знаменем во всей церковной жизни. Они, как нескончаемое эхо, будут отражаться и передаваться от сердца к сердцу сотен поколений верующих людей. Воззвание первоверховного ангела явилось начальным призывом к встрече Того, Кого Церковь называет Иисусом Сладчайшим, Радостью, Сошедшей с Небес. Первым свидетелям рожденного в мир Спасителя, простым вифлеемским пастухам, небесный ангел говорит: «Не бойтесь, я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь» (Лк.2;10). Радость о рожденном в мир Спасителе красной нитью проходит через все евангельское благовестие и отражается во всей истории христианской церкви. Мы не знаем ни одного свидетельства, где бы подвижник благочестия пребывал в состоянии уныния, отчаяния или депрессии. Даже плач о грехах был растворен радостью прощения и чувством утешения от Бога. Отчего и сам этот плач называется радостнотворным – христианская антиномия, которая познается только опытным путем и земных аналогов не имеет. Блаженство тихого плача о грехах – это сладкая глубина, светлая темнота или теплая тишина пребывания с Богом. Преподобный Серафим Саровский переживал покаяние с необычайной силой, о чем свидетельствует его духовный подвиг трехлетнего стояния на камне с молитвой евангельского мытаря: «Боже, милостив буди мне, грешному». Однако каждого, кто входил к нему в келью, неизменно встречал словами: «Радость моя, Христос Воскресе!» В этих словах пасхального приветствия преподобного содержится все евангельское благовестие: прощение грехов и радость о воскресшем Христе переносится на каждого встречного человека.

Когда мы читаем жития святых, то порой не можем постичь, что руководило ими к совершению подвига. Мы думаем, что подвижники благочестия, умерщвляя плоть, отказываясь от всех благ мира сего, уподоблялись античным стоикам или циникам. Но мотивация подвига святых совсем иная, чем у древнегреческих психопатов-мазохистов. Преподобный Иоанн Лествичник декларировал свои убеждения так: «Любовь побеждается любовью». Любовь к Богу удаляет из человека любовь к миру. Для святого все «блага» мира можно сравнить разве что с протухшим мясом, которое если и можно есть, то только заткнув нос и закрыв глаза. Вкусивший на брачном пире Небесного Жениха, не будет обращаться к помойкам. Как-то раз к преподобному Силуану Афонскому пришли послушники из монастыря и говорят: «Авва, почему ты сидишь в этой темной и сырой пещере, выйди отсюда, посмотри, как светит солнце, поют птицы и зеленеет трава». На что преподобный ответил: «Братия, разве вы хотите мне зла? Зачем вы зовете меня? Если бы вы знали, какое Солнце светит мне здесь и какую блаженную радость я переживаю в общении с Ним, вы бы не стали меня уговаривать выйти отсюда!» Ответ преподобного Силуана является лейтмотивом всей святоотеческой симфонии небесной радости Духа. «Служка» Серафима Саровского Николай Александрович Мотовилов вспоминает о своих посещениях преподобного: «В убогой келье, в углу, стоял гроб, возле которого уже седой согбенный старец преподобный Серафим, ведя беседу, как ребёнок, подпрыгивал от радости на одной ножке». Так когда-то прыгал и скакал от радости святой пророк Давид возле Ковчега Завета. Благодать Духа Святого наполняла души этих праведников, которую они были не в силах сдержать.

При определении духовной радости невозможно обойти такое явление церковной жизни, как страдания Христа ради. Христианин, исповедующий свою веру, в страданиях переживает неизреченную, необъяснимую никаким человеческим языком радость небесного блаженства, что само по себе является серьезным вызовом самым фундаментальным устоям земного бытия. Радость в скорбях – это самый мощный доказательный фактор христианской веры. Все то, что так лелеет и чему преклоняется окружающий нас мир, ниспровергается в прах и выставляется на посмешище. Преподобный Исаак Сириянин свидетельствует: «Когда душа упоена радостью надежды своей и веселием Божиим, тогда тело не чувствует скорбей, хотя и немощно; несет сугубую тяготу – и не изнемогает, но наслаждается и содействует наслаждению души, хотя и немощно. Так бывает, когда душа входит в оную радость Духа».

Мы имеем великое множество примеров, когда христиане шли, а порой и просто бежали на страдание, принимая самые жестокие и изощренные пытки, удивляя своим подвигом самых кровожадных палачей. О чем и свидетельствуют все христианские мартирологи. Возьмем, к примеру, добровольный мученический подвиг двух юных сестер Марфы и Марии и отрока Кариона. «В дни нечестивых царей мучили святых во имя Христово. Среди них было две сестры: девы Марфа и Мария. Однажды мимо их дома шел воевода, и, увидев его, сестры воскликнули: «Мы – христианки!» Воевода сказал им: «Вы еще молоды, и убивать я вас не хочу», на что сестры начали упрашивать его, чтобы он снизошел к ним и взял их на мучения. В это время подошел еще отрок и тоже начал просить воеводу. Тогда только пришедший в ярость военачальник велел распять их на крестах. Мать видела казнь своих детей, ободряла и укрепляла их».

В Первом Соборном Послании апостол Петр пишет: «О сем радуйтесь, поскорбев теперь немного, если нужно, от различных искушений, дабы испытанная вера ваша оказалась драгоценнее гибнущего, хотя и огнем испытуемого золота, к похвале и чести и славе в явление Иисуса Христа, Которого, не видев, любите, и, Которого, доселе не видя, но, веруя в Него, радуетесь радостью неизреченною и преславною, достигая наконец верою вашею спасению душ» (1 Петр.1;6-9). Эта необычайная радость в скорбях, еще одна антиномия христианской жизни. Примеров такой радости предостаточно и в наше время. Новомученик и исповедник российский протоиерей Роман Медведь пишет из заключения своей дочери, что «его радости нет предела», примерно также из концлагеря священномученик игумен Никон пишет своему духовному чаду, что «он счастлив как никогда». Униженный, оболганный, обритый, в тифозном бараке монах, на краю смерти, он переживает неизреченную радость общения с Богом. Ну что смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа? (1 Кор.15;55) «Слава Богу за все!» – это последние слова умирающего в изгнании великого светильника православной веры Патриарха Константинопольского Иоанна Златоуста. Воистину царство небесное внутри нас. «Возлюбленные, огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного, но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явлении Славы Его возрадуетесь и восторжествуете» (1 Петр.4;12,13).

Только радостная весть о рожденном и воскресшем Спасителе могла усладить все эти земные страдания. Сам Господь как подвигоположник прошел страшные испытания земной жизни, начиная от своего рождения до тяжкого Голгофского креста, тем самым освятил и наши страдания, совершаемые во славу Его Святого Имени. «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах» (Мф.5;11,12).

Мир никогда не сможет понять, как можно радоваться, когда страдаешь, как совместить несовместимое? Когда-то идеолог коммунизма Ф. Энгельс, перефразируя известное выражение, сказал: «Религия – опиум для народа», и все последующие за ним поколения строителей светлого будущего повторяли изречение вождя, даже не затрудняясь понять его смысл. Дело в том, что опиум во второй половине 19 века применялся в медицинских целях как анальгетик для снятия болей либо как наркоз при проведении операций. Поэтому аналогия напрашивается сама собой: вера в Бога снимает боль земных страданий и дает человеку великое утешение во всех испытаниях земной жизни. Незнание духовной жизни церкви, лучше сказать, сознательное противление, и проявляется в невежестве таких вождей, которые берутся учить весь мир.

Самым знаковым признаком последних времен будет по утверждению Евангелия «оскудение любви» (Мф.24;12) и потеря духовной радости. И уже сегодня мы видим эти признаки надвигающейся апостасии. В нашей жизни остается очень мало места для радостных духовных переживаний. Когда встречаешь взрослого человека и спрашиваешь его заезженным «Как дела?», он почти на сто процентов ответит, что все очень плохо. При этом дети на этот же вопрос практически всегда отвечают, что все нормально. И здесь снова невольно вспоминаешь Евангелие: «…если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное» (Мф.18;3). Человек перестанет гореть верою, перестанет жить для Бога и для ближнего, а захочет жить только для себя, отсюда серость и унылость его существования. И даже будучи в церковной ограде, будет пытаться реализовывать свое эго, добиваться своей выгоды. «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» – эти слова Священного Писания звучат от первых до последних страниц Библии. От того, не имея благодати, и становится нам скучно в церкви, скучно на молитве, тоскливо в воздержании, не интересно в богомыслии. Вместо искренней и самоотверженной духовной жизни христианин захочет разнообразить свое церковное поприще всевозможными социальными и культурными проектами. Захочет заполнить свою внутреннюю пустоту и дать пищу этому многомятежному зверю по имени гордость. Под внешним именем служения церкви и народу будет служить только себе. В таком случае молитва превратиться в молитвословие, как в некое заклинание, пост – в скучную диету, богослужение в красивое представление. Церковные праздники потеряют сакраментальный смысл, а больше станут временем долгожданного разговления, гастрономическим событием плотского удовольствия, безудержного веселья, когда уже все можно. Духовной радости и духовного веселия в этих праздниках уже не будет.

Христианину станет скучно сидеть на месте и нести свое церковное послушание, ему будет уныло и однообразно пребывать в ограде своего прихода. Мятежный дух будет гнать такого человека на деятельное участие во всех сферах общественной жизни: выставки, конкурсы, рок-концерты, фестивали, футбольные турниры, походы, экспедиции… Даже совершение Святой Литургии будет интереснее проводить где-то на самолете, подводной лодке, и для большего разнообразия на Пике Коммунизма. Мы перестанем разбираться в аскетике и сотериологии, но при этом хорошо будем знать, что такое интернет-сайты, блоги, форумы, вебинары и все то, что касается мировой паутины. Во времена апостасии человек будет тратить огромные деньги на бесчисленные паломнические поездки, на посещение все новых и новых чудотворных мест, которые будут умножаться с невероятной скоростью, желая получить духовное удовольствие и развлечение для души своей. Но лучше такой духовный турист не станет, количество в данном случае не переходит в качество. Современный пилигрим, погруженный в плюшевое чрево суперлайнера, мало напоминает калик перехожих времен Святой Руси. Поневоле вспоминаешь ответ Спасителя неверующему Фоме: «Блаженны невидевшие, но уверовавшие» (Ин.20;29).

Блаженство веры и радостное переживание общения с Богом –главный дефицит нашего времени. Может быть, неслучайно в последнее время в церковную практику вошло такое понятие, как акафист, в котором рефреном звучит слово «радуйся». Наверное, поэтому это, довольно позднее, произведение церковного творчества так полюбили современные христиане. В акафисте Пресвятой Богородице Святая Церковь воспевает: «Радуйся, Еяже ради ад стенет и дуси злобы трепещут; Радуйся, Еяже ради врата рая всем нам отверзаются. Радуйся, Радосте наша, покрый нас от всякого зла честным Твоим омофором». От бесчисленного призывания этой блаженной радости входит в духовный резонанс и наша связанная по рукам и ногам грехами душа. Рассеивается мрачная мгла, спадает с сердца унылый хитон, и светлый луч Христовой Радости наполняет человеческое сердце. Хочется, чтобы истинная радость о рожденном в мир Спасителе всегда согревала нашу утомленную суетой душу. Это тот духовный фарватер, который будет определять направление нашего житейского плавания по многобурному морю страстей к тихой гавани, земле обетованной. Радость Христова Рождества – это ориентир, реперная точка, становой хребет, духовный стержень всего нашего земного бытия, духовный маяк многосуетного моря по имени жизнь.

Протоиерей Андрей Шевчук
Рождество Христово
2012 год